Дело не только в тревоге, но и в том, как человек с ней обходится

Работу выполнила группа под руководством Макса Робертса из Университета Олбани и Университета Дьюка вместе с коллегами. Результаты вышли в Journal of Clinical Psychology 10 августа 2026 года под названием, которое можно перевести как «Связи психологической негибкости с тревожными расстройствами на протяжении жизни».

Что такое психологическая негибкость

Термин звучит громоздко, но за ним стоит понятная вещь. Психологическая негибкость — это жёсткие попытки не иметь дела с трудными мыслями и чувствами. Человеку неприятно, и он направляет силы на то, чтобы это неприятное убрать, обойти, не почувствовать.

Противоположность — психологическая гибкость. Это когда человек ощущает волнение и при этом выбирает, как поступить, исходя из обстановки и того, что ему важно. Пример из работы: остаться на встрече с людьми, хотя тревожно, потому что эта встреча для него что-то значит.

Разница не в силе чувства, а в том, что человек с ним делает. В одном случае жизнь подстраивается под избегание. В другом чувство остаётся, но не управляет решениями.

Стоит подчеркнуть: гибкость здесь не означает бесстрашия. Никто не предлагает перестать волноваться или считать волнение пустяком. Речь о том, остаётся ли у человека выбор, когда тревога пришла, — или дальнейшее определяется одним стремлением её погасить.

Что нашли

Учёные опросили две группы: 265 взрослых из общей популяции и 853 студента. Люди отвечали, насколько тревожны были в последнюю неделю, насколько им свойственна психологическая негибкость за последние две недели, и был ли у них когда-либо диагноз тревожного расстройства или обсессивно-компульсивного расстройства.

Главный результат: каждый дополнительный балл по шкале психологической негибкости повышал вероятность сообщить хотя бы об одном тревожном диагнозе почти в три раза.

Ключевая деталь — расчёты учитывали тяжесть самих симптомов. То есть дело не в том, что негибкие люди попросту тревожнее. При сопоставимой силе тревоги разница в реакции на неё сама по себе связана с диагнозом. Именно эта поправка и делает результат интересным: без неё вывод сводился бы к банальности «кому тревожнее, тому и хуже».

Чего работа не показывает

Ограничения серьёзные, и авторы их называют. Замер одномоментный: и тревогу, и негибкость, и диагнозы собрали разом. Значит, направление связи не установлено. Возможно, жёсткое избегание ведёт к расстройству. А возможно, человек с расстройством выучивается избегать — жизнь заставила.

Диагнозы участники сообщали сами, клинически их не подтверждали. Это ослабляет данные: часть людей могла ошибиться или вспомнить неточно.

Ещё одно наблюдение авторы трактуют осторожно. Различия по полу и расе в частоте диагнозов, скорее всего, отражают неравный доступ к помощи, а не реальную распространённость расстройств. Кому-то диагноз ставят чаще потому, что он чаще доходит до специалиста.

Почему это интересно за пределами клиники

Здесь есть мысль, полезная и здоровому человеку. Привычная логика говорит: чтобы стало легче, надо убрать тревогу. Данные намекают на другое — цена высока не у самого чувства, а у жёсткой борьбы с ним.

Человек, который перестраивает жизнь вокруг избегания — не идёт на выступление, отказывается от разговора, откладывает решение, — платит дважды. Тревога никуда не девается, а возможности сужаются. Тот, кто соглашается волноваться и делает нужное с этим волнением, сохраняет и то и другое: чувство остаётся, жизнь не съёживается.

Отсюда и смещение цели. Вопрос «как перестать тревожиться» звучит естественно, но ставит планку, которой мало кто достигает, — и каждая новая волна тревоги записывается в поражение. Вопрос «что можно делать, пока тревожно» и проще, и достижимее. Первая формулировка сужает жизнь, вторая её сохраняет.

Что из этого следует

Вывод осторожный. Работа показывает связь, а не причину, и построена на самоотчётах. Но направление её любопытно: то, как человек обходится со своей тревогой, весит не меньше, чем сила самой тревоги. И если это подтвердится на более строгих данных, то целью работы над собой становится не отсутствие волнения, а способность действовать вместе с ним.

Источник: Roberts M. Z., Boswell J. F., Merwin R. M. и др. Psychological Inflexibility's Associations With Lifetime Anxiety Disorders. Journal of Clinical Psychology, 10 августа 2026. Изложение — PsyPost.