Мозг может не «принимать» решения: почему нейронаука не находит внутри отдельного распорядителя

Десятилетиями и научные теории, и бытовая интуиция описывали выбор как последовательность: сначала восприятие, затем обдумывание и решение, затем действие. Каждому шагу принято сопоставлять свою функцию мозга — от обработки сигналов органов чувств к мышлению и дальше к движению. Так устроены и многие исследовательские подходы, и так это ощущается изнутри: действия кажутся вызванными решениями, а решения — желаниями, убеждениями и намерениями.

Том Джеймс, профессор факультета психологических наук и наук о мозге Индианского университета, разбирает эту схему в новой статье и приходит к неудобному наблюдению.

Где в схеме дыра

Такую последовательность иногда называют моделью бутерброда: восприятие и действие как два куска хлеба, мышление между ними. Проблема в том, что края держатся на реальных механизмах, а середина — нет.

У ощущения есть опознаваемые сенсорные механизмы. У действия — опознаваемые двигательные. А вот предполагаемая когнитивная стадия между ними не имеет соответствующего нервного процесса, который работал бы как отдельный принимающий решения узел. Внутри мозга такого распорядителя не находят.

Вместо выделенной системы принятия решений Джеймс предлагает говорить об отборе действия, который производят сенсорные, сенсомоторные и двигательные процессы совместно. Поведение в этой картине возникает из непрерывного взаимодействия мозга, тела и среды, а сами процессы идут одновременно и влияют друг на друга, а не выстраиваются в простую цепочку.

Что это не означает

Тезис легко исказить, поэтому автор оговаривает его прямо: решения реальны, и говорить о них полезно — язык решений хорошо описывает поведение. Скачок, по его мнению, происходит в другом месте: когда из удобства описания делают вывод, будто мозг устроен через процессы принятия решений и контроля. Он производит поведение, которое таким языком описывается, но ему не нужен отдельный механизм, чтобы это выглядело именно так.

Три аналогии

Первая — центр масс. Это полезное математическое понятие, но самостоятельно приложить силу оно не может: сдвинуть центр масс, не сдвигая сам предмет, не выйдет. Решение, по мысли автора, может быть таким же абстрактным описанием, а не физической сущностью, которая что-то запускает.

Вторая — университет. Фраза «университет предпринял такие-то действия» удобно сворачивает в одно слово людей, здания, подразделения и процедуры, но о конкретных событиях не сообщает почти ничего: за ней стоят совещания администраторов, телефонные звонки и решения отдельных людей. Решения создают для нейронауки ту же трудность — дают полезное описание верхнего уровня, не раскрывая физических механизмов. По формулировке Джеймса, как психические явления они определены на слишком отвлечённом уровне для задач когнитивной нейронауки.

Третья — робот, собранный из небольшого числа сенсорных, двигательных и сенсомоторных модулей. Он движется вдоль стены, и со стороны поведение выглядит целенаправленным: будто у машины есть цели, стратегия и почти намерения. При этом системы, принимающей решения, в ней нет вовсе — и это известно точно, потому что её туда не закладывали.

Гомункулус, которого не хочется заводить

Отсюда следует вопрос: если простая машина выдаёт осмысленно выглядящее поведение без распорядителя, не может ли то же происходить и с человеком.

Дополнительный довод против внутреннего управляющего — старая философская проблема, известная со времён Декарта. Если внутри мозга сидит некто, кто наблюдает за информацией и решает, что делать, объяснять придётся и устройство этого наблюдателя. Джеймс формулирует резко: объяснение через центрального управляющего означает, что устройство мозга не разгадано, — внутрь мозга поместили ещё одного человека, которому понадобится человек внутри его мозга, и так до бесконечности. Проблема не решается, а передаётся дальше.

Чем это проверять

Если выбор рождается из непрерывного взаимодействия мозга, тела и среды, изучать его линейными моделями не выйдет. Понадобятся методы, способные схватывать одновременные, взаимовлияющие процессы, которые меняются по ходу взаимодействия человека с окружением. Собственная лаборатория автора движется в эту сторону, опираясь на воплощённое познание и экологическую психологию.

Важно держать в голове жанр: это теоретическая статья и предложение сменить рамку, а не эксперимент с результатами. Проверять её предстоит отдельно.