Мысль о спуске по социальной лестнице бьёт по благополучию сильнее, чем радует надежда подняться

В богатых странах часть людей ожидает жить хуже, чем жили их родители. Психология социальной мобильности при этом изучает в основном обратное — надежду подняться, веру в то, что усилия обернутся большим доходом и положением. Что делает с человеком ожидание движения вниз, известно гораздо меньше. Новая работа сравнила оба ожидания напрямую.

Статья «Prospects of Downward Mobility Cause Status Anxiety and Life Dissatisfaction» («Перспектива нисходящей мобильности вызывает тревогу за статус и неудовлетворённость жизнью») вышла в журнале Personality and Social Psychology Bulletin онлайн 22 июня 2026 года, она в открытом доступе. Авторы — Давиде Мелита и Хуан Матаморос-Лима из Национального университета дистанционного образования в Мадриде и Гранадского университета, Маттиас Гобель из Эксетерского и Сассекского университетов в Великобритании, Роса Родригес-Байон и Гильермо Виллис из Гранадского университета. 24 октября работу разобрал PsyPost.

Что такое тревога за статус

Социальной мобильностью называют движение вверх или вниз по социально-экономической лестнице: перемены в доходе, занятости и положении в обществе. Тревога за статус — беспокойство о своём месте в этой иерархии. Сюда входят страх потерять положение, не продвинуться или отстать от других.

Логика исследователей такая: ожидание спуска означает возможную потерю ресурсов и положения, поэтому оно должно усиливать тревогу за статус, а та — снижать благополучие. Параллельно проверяли, снижает ли тревогу надежда подняться.

Тема для группы не новая. В 2023 году трое из авторов в двух экспериментах с 1117 участниками проверяли, усиливает ли экономическое неравенство тревогу за статус. Прямой связи не нашлось: неравенство действовало через ожидания мобильности. В одном эксперименте ощущение неравенства снижало надежду подняться и этим усиливало тревогу. В другом оно ослабляло ожидания и подъёма, и спуска, а эти два пути влияли на тревогу в противоположные стороны. Новая работа сосредоточилась на самих ожиданиях.

Как проверяли

Исследований было четыре: два опроса и два эксперимента.

• В первом опросе 216 американцев с полной занятостью, в среднем 39 лет, отвечали на вопросы о мобильности в американском обществе в целом — например, правда ли, что большинство людей теперь зарабатывает меньше, чем предыдущее поколение.
• Во втором 1536 жителей Испании, подобранных так, чтобы выборка напоминала население страны, отвечали на короткие вопросы о себе: ждут ли они, что их собственное положение улучшится или ухудшится.
• В третьем 472 испанских студента, в среднем 22 лет, представляли, что начинают новую жизнь в вымышленном обществе под названием Бимбула. Все стартовали в средней группе по доходу, а затем по жребию узнавали, что у них хорошие шансы подняться, остаться на месте или опуститься. Уровень неравенства в этом обществе был одинаковым для всех.
• Четвёртое исследование повторило эксперимент на 595 работающих американцах, набранных онлайн.

Эксперименты нужны были, чтобы проверить не только связь, но и причину: меняется ли тревога, если изменить сами ожидания человека.

Что получилось

В американском опросе те, кто считал движение вниз распространённым, сильнее тревожились за статус. Тревога, в свою очередь, была связана с меньшей удовлетворённостью жизнью, худшей оценкой своего здоровья и большим числом депрессивных симптомов. Представления о движении вверх с тревогой связаны не были.

В испанском опросе ожидание, что собственное положение ухудшится, тоже сопровождалось большей тревогой и меньшей удовлетворённостью жизнью. Неожиданно с большей тревогой было связано и ожидание улучшения, хотя напрямую оно сопровождалось более высокой удовлетворённостью. Авторы допускают, что сильное ожидание перемен в любую сторону приносит неуверенность в будущем.

В испанском эксперименте студенты, которым выпала перспектива опуститься, тревожились за статус больше тех, кому выпало остаться на месте, хотя разница была небольшой. В дополнительном, поисковом анализе эта тревога предсказывала меньшую удовлетворённость воображаемой жизнью в Бимбуле. Перспектива подняться на тревогу не повлияла.

В американском эксперименте сценарии гораздо сильнее меняли ожидания участников, и картина стала полнее. Перспектива спуска усиливала тревогу за статус, перспектива подъёма снижала её, и эти сдвиги в противоположные стороны переходили в удовлетворённость жизнью в Бимбуле. Вред от ожидаемого спуска оказался больше, чем польза от ожидаемого подъёма.

Итог по четырём исследованиям авторы формулируют так: «Ожидания и подъёма, и спуска влияют на благополучие через тревогу за статус, но эффекты ожиданий спуска сильнее и устойчивее». Для надежды подняться результаты от исследования к исследованию расходились: снижение тревоги и косвенный рост удовлетворённости жизнью нашлись только в американском эксперименте.

Отсюда авторы выводят предложение для политики: заботясь о благополучии людей, мало расширять возможности для роста — нужно ещё защищать уязвимые группы от экономических спадов, например укреплять системы социальной поддержки.

Границы выводов

Два опроса показывают только связь, а во втором ожидания измеряли одиночными вопросами. Эксперименты разыгрывались в воображаемом обществе: участники не теряли работу или доход на самом деле, а удовлетворённость оценивали своей жизнью в Бимбуле, а не реальной.

Авторы оговаривают и культурные различия. В испанском эксперименте участвовали молодые люди из страны с высокой молодёжной безработицей, которые могут скептически относиться к шансам подняться. Американцы же, напротив, склонны переоценивать, насколько в их обществе возможна мобильность. Все исследования проведены в богатых постиндустриальных странах. В июле журнал опубликовал к статье исправление; что в нём уточнено, в доступных аннотациях не сказано.

Вывод редакции: для коучей, которые работают с карьерными запросами в неспокойное время, работа отмечает две вещи. Само ожидание спуска — ещё до каких-либо реальных потерь — связано с тревогой и меньшей удовлетворённостью жизнью. А разговор о возможностях роста не уравновешивает его один к одному: в экспериментах ожидаемая потеря весила больше, чем ожидаемый подъём.